Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя
>

Николай II. Дорога на Голгофу.


Последний ответил: "Это ЮровскийКакую роль он играл, он не сказал, но я знал, что Юровский играл очень важную роль»919.

Изменился ли режим охраны в Ипатьевском доме с приходом в него Юровского? Улучшилось или ухудшилось в связи с этим положение Царской Семьи?

Как мы помним, Юровский появился в Доме особого назначения под предлогом смены авдеевской команды, которая запятнала себя воровством. Сегодня нам уже доподлинно известно, что эта причина была ложной и что на самом деле приход Юровского означал начало организации Екатеринбургского злодеяния. При этом пьянство и воровство Авдеева, Мошкина и особенно внутренней охраны были опасны Юровскому и его хозяевам из Москвы не сами по себе и не потому, что они ухудшали жизнь Царственным Узникам, а из-за того, что Авдеев и его люди не подходили организаторам убийства не только в качестве исполнителей, но даже соучастников предстоящего преступления. Мнивший себя чрезвычайно важной фигурой Авдеев был в прямом смысле слова изгнан вон истинными хозяевами положения. Хорошо об этом писал следователь Н.А. Соколов: «Что означала эта перемена? Чувство лодыря, соблазна легкого труда и небывалая по тем временам его оплата привели в дом Ипатьева пьяного слесаря от локомобиля и его пьяную ватагу. По своему круглому невежеству эти распропагандированные отбросы из среды русского народа, вероятно, сами себя считали крупными фигурами в доме Ипатьева. Они не сами пришли сюда. Их сюда посадили, а затем в нужную минуту выгнали»920.

Первое, что сделал Юровский и его помощник Г.П. Никулин, это сменил внутреннюю охрану. Обвиняемый Якимов показывал: «Юровский тогда же (в первый день прибытия в дом Ипатьева в качестве коменданта) спрашивал Медведева, кто несет охрану внутри дома. Узнав, что внутреннюю охрану несут эти "самые привилегированные" из партии Авдеева, Юровский сказал: "Пока несите эту охрану на этих постах вы, а потом я потребую к себе людей на эти посты из Чрезвычайной Комиссии". Действительно, через несколько дней эти люди из Чрезвычайной следственной комиссии и прибыли в дом Ипатьева. Их было десять человек. Их имущество привозилось на лошадях. Чья это была лошадь, кто был кучер, не знаю. Но только всем тогда было известно, что прибыли эти люди из чрезвычайки, из американской гостиницы»92*.

Мы еще коснемся национальности и особенностей этой новой внутренней охраны, которую Медведев, Якимов и Проскуряков называли «латышами». Здесь следует отметить, что прибытие этой новой охраны вначале было воспринято и Царской Семьей как реакция властей на хищения их имущества. Это видно из дневниковых записей Государя. 21 июня/4июля он пишет: «Сегодня произошла смена комендантов — во время обеда пришли Белобородое и др. и объявил, что вместо Авдеева назначается тот, кот. мы принимали за доктора — Юровский. Днем до чая он со своим помощником составляли опись золотым вещам — нашим и детей; большую часть (кольца, браслеты и пр.) они взяли с собой. Объяснили тем, что случилась неприятная история в нашем доме, упомянули о пропаже наших предметов. Так что убеждение, о кот. я писал 28 мая, подтвердилось. Жаль Авдеева, но он виноват в том, что не удержал своих людей от воровства из сундуков в сарае»922.

23 июня/6 июля Николай II записывает: «Вчера комендант Юровский принес ящичек со всеми взятыми драгоценностями, просил проверить содержимое и при нас запечатал его, оставив у нас на хранение. Юровский и его помощник начинают понимать, какого рода люди нас окружали и охраняли нас, обворовывая нас.

Не говоря об имуществе — они даже удерживали себе большую часть из приносимых припасов из женского монастыря. Только теперь, после новой перемены, мы узнали об этом, пот. что все количество провизии стало попадать на кухню»923.

То же самое мы читаем в дневнике Императрицы Александры Федоровны: «21(4 июля) июнь. Во время обеда пришел пред. обл. ком. с какими-то людьми, Авдеева сменили, и у нас теперь новый комендант (который однажды приходил и осматривал ногу у Бэби, а в другой раз — проверял наши комнаты) с молодым помощником, который выглядит прилично, в то время как другие — вульгарные и неприятные. Вся наша внутренняя охрана уехала (возможно, выяснилось, что они воровали наши вещи из сарая)»92*.

Однако истинные намерения Юровского были совершенно далеки от стремления сберечь имущество Царской Семьи. Совсем наоборот, в своих поступках Юровский руководствовался облегчением для себя задачи присвоения этого имущества, после того как Царская Семья будет убита. Вдумаемся в смысл поступков Юровского: он заставляет Узников отдать все их золотые вещи и прячет их в коробку, а эту самую коробку отдает на хранение Государю. Со стороны можно подумать, что Юровский поступает так из-за благородных устремлений. Но на самом деле комендант Дома особого назначения думает только о сохранности ювелирных изделий (в которых он, как мы помним, знал толк). В самом деле, кто сохранит вещи лучше, нежели их собственные владельцы? Отдай Юровский коробку с драгоценностями кому-либо из охраны или даже из людей ЧК, и ему пришлось бы постоянно волноваться об их сохранности, а здесь он был уверен: золото никуда не пропадет, оно находится в одном и том же месте, и когда Царская Семья будет убита, он сможет спокойно его целиком забрать. Но даже при этом Юровский не отказывает себе в низменном удовольствии унизить Царя и Царицу. Николай II пишет, что Юровский «приходит в спальню проверять целость печати на коробке и заглядывает в каждое окно»925.

Императрица Александра Федоровна пишет в своем дневнике: «Коменд. пришел с нашими драгоценностями, запечатал их при нас и оставил их на нашем столе; будет приходить каждый день и проверять, не распечатали ли мы пакет»926.

Сам Юровский об изъятии им царского золота писал следующее: «При ознакомлении с арестованными мне бросились в глаза ценности, которые находились на руках, как у Николая, атш/с и его семьи и у прислуживающих: у повара Харитонова, лакея Труппа, а также у врача Боткина и фрейлины Демидовой. <...> Считая, что оставлять ценности на руках не безопасно, так как это может соблазнить того или другого из охраны, я решил на свой страх и риск ценности, находящиеся на руках, отобрать. Для этого я пригласил с собой помощника коменданта тов. Никулина, поручил ему переписать эти ценности; Николай, а также дети громко свое неудовольствие не выражали. Он только просил оставить часы Алексею, так как без них ему будет скучно. Александра Федоровна же выражала громко свое неудовольствие, когда я хотел снять с ее руки золотой браслет, который был одет и закреплен на руке и который без помощи инструмента снять было невозможно. Она заявила, что 20 лет носит этот браслет на руке и теперь посягают на то, чтобы его снять. Принимая во внимание, что такие же браслеты были и у дочерей и что эти браслеты особой ценности не представляют, их оставил. Переписав все эти вещи, я попросил шкатулку, которую мне Николай дал, сложил туда вещи, опечатал комендантской печатью и передал на хранение самому Николаю. Когда я приходил на проверку, которую я установил, Николай предъявлял мне шкатулку и говорил: "Ваша шкатулка цела"921.

В этих своих воспоминаниях Юровский, по большевистскому обыкновению, лжет. Он хочет представить, что идея изъятия личных золотых вещей принадлежала ему и что он действовал самостоятельно, в обход официальной власти. В этой лжи Юровского прослеживается все та же общая линия Свердлова о создании мифа непричастности центральной и самодеятельности местной властей. В данном случае Юровский объясняет свои действия опасениями, что кто-либо из охраны может посягнуть на золото. При этом через две недели он хладнокровно снимет с убитых людей то золото, которое он так «благородно» оставил на руках Императрицы и Дочерей, и положит в ту самую шкатулку, которую он так же «благородно» оставил на хранение Государю.

Не вызывает никаких сомнений, что вся эта история с изъятием личных ювелирных изделий была приказана Юровскому к исполнению из Москвы, в преддверии готовящегося убийства Царской Семьи. Изъятие драгоценностей было первым этапом подготовки к Екатеринбургскому злодеянию.

Изменилась ли при Юровском жизнь Царской Семьи к лучшему? На этот вопрос можно однозначно ответить отрицательно. Более того, жизнь Царя и Его Семьи ухудшилась. Сам Юровский вспоминал, что приношения Ново-Тихвинского женского монастыря, разрешенные Авдеевым, он решил прекратить, разрешив доставлять только молоко. По этому поводу к нему обращались доктор Боткин и повар Харитонов, с просьбой возобновить доставку в дом Ипатьева мяса, яиц, масла и так далее. На это Юровский отвечал, что «нужно привыкать жить не по-царски, а по-арестантски»928.

Страницы:1 -2 -3 -4 -5 -6 -7 -8 -9 -10 -11 -12 -13 -14 -15 -16 -17 -18 -19 -20 -21 -22 -23 -24 -25 -26 -27 -28 -29 -30 -31 -32 -33 -34 -35 -36 -37 -38 -39 -40 -41 -42 -43 -44 -45 -46 -47 -48 -49 -50 -51 -52 -53 -54 -55 -56 -57 -58 -59 -60 -61 -62 -63 -64 -65 -66 -67 -68 -69 -70 -71 -72 -73 -74 -75 -76 -77 -78 -79 -80 -81 -82 -83 -84 -85 -86 -87 -88 -89 -90 -91 -92 -93 -94 -95 -96 -97 -98 -99 -100 -101 -102 -103 -104 -105 -106 -107 -108 -109 -[110] -111 -112 -113 -114 -115 -116 -117 -118 -119 -120 -121 -122 -123 -124 -125 -126 -127 -128 -129 -130 -131 -132 -133 -134 -135 -136 -137 -138 -139 -140 -141 -142 -143 -144 -145 -146 -147 -148 -149 -150 -151 -152 -153 -154 -155 -156 -157 -158 -159 -160 -161 -162 -163 -164 -165 -166 -167 -168 -169 -170 -171 -172 -173 -174 -175 -176 -177 -178 -179 -180 -181 -182 -183 -184 -185 -186 -187 -188 -189 -190 -191 -192 -193 -194 -195 -196 -197 -198 -199 -200 -201 -202 -203 -204 -205 -206 -207 -208 -209 -210 -211 -212 -213 -214 -215 -216 -



Loading